Просим внимания! Вы находитесь на страницах архивной версии сайта. Перейти на новый сайт >>

Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Семинары проекта «Я-ДУМАЮ»

ПРОГРАММА СЕМИНАРА «Я-ДУМАЮ!»

15.10.2012
13-14 октября 2012 года Новогорск

Оглавление:

Как понимать кризис в экономике, основанной на знании
Кому нужна коррупция в России?
Полиция в России на фоне остального мира: как и почему?
Кризис церковно-общественных отношений в России в исторической перспективе
ДИСКУССИОННЫЙ КЛУБ
Почему я пошел в муниципальные депутаты
Может ли человек что-то изменить в современной России?
Тренинг «Что происходит в современном мире». Часть 2
Тренинг «Что происходит в современном мире». Часть 1

Как понимать кризис в экономике, основанной на знании

Татьяна Львовна Клячко
Директор Центра экономики непрерывного образования Академии народного хозяйства при правительстве РФ 

Татьяна Клячко:
Вернёмся к теме дачи огромных многомиллионных взяток и займёмся делами экономическими и образовательными. Поговорим о том, что сейчас происходит с мировой экономикой. Нужно говорить про реформы образования, но вопрос состоит в том, как сейчас будет развиваться мировая экономика, и будет ли востребовано то образование, которое вы получаете? Если будет, то где и когда? И что такое экономика, основанная на знаниях? Если экономика, основана на знаниях, то как тогда возникают кризисы? Потому что если кризис возникает, почему нельзя его предотвратить? Или в тот момент, когда он наступает, то начинаются разговоры на тему о том, что этот кризис нельзя было предвидеть, он имеет совершенно особую природу, все экономисты готовятся к прошедшим кризисам, предсказать в экономике ничего нельзя. Возникает вопрос, что мы можем предсказывать, когда можем предсказывать, что такое кризис, где мы сейчас находимся, и где будет находиться мир в ближайшие 20 лет? Сейчас про перспективу можно говорить очень много и очень интересно. Но что случится через 20 лет, мы можем проверить через 20 лет

Каковы будут темпы экономического роста по прогнозам Организации Экономического Сотрудничества и Развития? Очень авторитетные организации пытаются нам сказать, как будет развиваться мир в перспективе на 20 лет вперёд. Мир, в целом, в ближайшие 5 лет будет расти темпом 3,4% ежегодно, потом эти темпы чуть упадут, в целом, в течение 20 лет мир будет расти темпом 3,3%. США будет расти медленнее, еврозона затухает, а Россия растёт, примерно, также, как и растёт мир. При этом лидерами роста будет Китай, вырастая в год на 6,6%, Индия будет расти на 6,7%. С одной стороны всё очень убедительно, с другой стороны, я всегда очень умиляюсь, потому что в июне читаешь прогноз, где написано, что экономика России в 2013 году будет расти с темпом 3,8%. Проходит 5 месяцев, и ты читаешь в 2013 году экономика России будет расти с темпом 3,5%. Мне это напоминает одну ситуацию, которая у меня была в 1990 годы. Мне Министерство финансов задало одну задачу, я её сделала, пришла к замминистра, и сказала, что я посчитала, что будет то и то. Он сказал, что у него посевная, а я ему ответила, что через три месяца будет сбор урожая, он на меня посмотрел и сказал: «Какой ужас?» сидит человек и отвечает за посевную, за жатву, за нехватку горюче смазочных материалов. А тут приходит Мировой банк и говорит, что у вас экономика будет расти стабильно темпом 3,8%, а завтра 3,5%. 3,5% - это много или мало? Когда неделю назад эти темпы обсуждались в Высшей школе экономики на семинаре у Евгения Григорьевича Ясина, там выступил Евгений Евгеньевич Гавриленков, ведущий стратег бывшей «Тройки Диалог». Он посмотрел на все эти цифры и сказал, что это всё случится, если мир будет развиваться линейно. А мир, как правило, развивается не линейно. Мы все наслышаны на тему о том, что мир развивается циклично, что происходят экономические кризисы. Возникает вопрос о том, что кризис – это слом траектории развития, или часть траектории развития. Что такое тот прогноз, который обычно делается? Здесь нарисованы две кривые. Когда идёт рост, я его аппроксимирую, и, кажется, что рост будет всегда. Когда я дохожу до верхней точки цикла, рост становится нулевым, экономика перестаёт расти, потом начинается спад. И если рассматривать эту тенденцию, то всё будет плохо. Доходим до нижней точки цикла, и снова начинается подъём. От чего зависит колебательное движение экономики? Есть несколько теорий, которые интересны. Первая – это теория длинных кондратьевских циклов. Длинный цикл – это раз в 30-40 лет происходит перестройка технологической базы хозяйства экономики и возникает кризис очень масштабный, который связан с этой перестройкой. Есть более короткие циклы, когда происходят структурные изменения в экономике в интервале 15-20 лет. Есть более короткие циклы в три-пять лет, когда подстраиваются какие-то отрасли, экономику потряхивает.

А способна ли рыночная экономика, та, которую мы строим 20 лет, выводить мир из кризиса? Джон Мейнард Кейнс, один из самых знаменитых экономистов ХХ века, написал следующую фразу: «Современную крупную экономику рынок из кризиса не выводит, поскольку кризис – это слом рыночных механизмов». В тот момент, когда экономика входит в кризис, рынок перестаёт работать, потому что все те показатели, которые говорят экономическим агентам про то, что им нужно делать, про цены, ставки процента, они перестают давать сигналы. Потому что вот в этой верхней точке мы получаем все цены равными нулю. Если цены равны нулю, то рациональный экономический агент принять решение не может. Этим Джон Мейнард Кейнс обосновывал необходимость вмешательства государства в экономику в кризисные моменты. Посмотрим, с чем наш мир подошёл к кризису. Здесь есть тоже очень много спекуляций. Вот данные 2010 года, через два года после начала кризиса. Это в мировом масштабе последние данные. Статистика опаздывает на год или два. Вы видите, что США сейчас производят примерно 20% мирового ВВП, США вместе с Канадой примерно 22% мирового ВВП, страны Евросоюза производят 20% мирового ВВП, то есть США и Европа по экономической мощи примерно равны. Поэтому я могу с достаточно большой вероятностью прогнозировать, что с евро ничего тяжёлого не случится, потому что за долларом и евро стоят самые мощные экономики мира. Другое дело, что выпустят Грецию из еврозоны, потому что вопрос надо ли лечить больного человека, или лучше дать ему умереть самостоятельно? Это можно обсуждать. Само значение показателя производства ВВП в Греции очень маленькое. На положение в еврозоне оно не скажется. Но боятся, что поплывёт вся «архитектура», поэтому сохраняют Грецию внутри еврозоны, боясь обвального процесса. Вы видите, что на слайде обведено некое красное облако, определяющую роль играет Китай с 13,6% мирового ВВП. Очень крупными экономиками сейчас являются Индия и Япония. Россия имеет 3,0%. Если темпы роста мирового ВВП и темпы роста России будут сохраняться, то Россия так и застрянет на этих 3% мирового ВВП. По мнению многих экономистов, если мир будет серьёзно перестраиваться, то скорее всего место России будет ниже.

Вся пертурбация сегодня связана с тем, что фактически сформировалось три достаточно равноценных полюсов современного экономического мира. Это Северная Америка, то есть США с Канадой, это Европейский союз, состоящий из 25 стран, это Китай и Индия, которые дают 19-20% мирового ВВП, то есть азиатский полюс, который сейчас вместе с Японией и Южной Кореей является очень мощным. Он может перетягивать на себя одеяло от Европы и США. Только к кому будет примыкать Япония? Сейчас она больше тянется к США. Потому что у неё существуют определённые противоречия с Китаем, выражающиеся в территориальных спорах, мы в этом раскладе играем не очень большую роль. Если бы не наша очень огромная территория и не очень хлипкое население, то мы могли бы быть не очень заметными в мире. Как рос мировой ВВП различных стран в период до кризиса, и захватывая его? Мир рос с тем же темпом, который прогнозируется для него Мировым банком на будущее. Развитые страны росли очень медленно и это понятно. Страны G7 росли ещё более медленно, страны, составляющие ядро Евросоюза, росли медленно. Азия росла очень быстро, Центральная и Восточная Европа росла быстро, быстро росли Ближний Восток и Северная Африка, это показывает, почему же на самом деле мы сейчас наблюдаем то, что называется Арабской весной. Они росли быстро и могут расти ещё быстрее. Вопрос захвата ресурсов и передел мира для них стоит достаточно остро. Ещё быстрее сейчас растёт Африка южнее Сахары. Это очень интересно, потому что рост разных стран за десятилетие до кризиса разный. Есть страны, которые растут быстрее Китая, но вы о них не догадываетесь, о них никто не упоминает в экономическом анализе. Экваториальная Гвинея росла 10 лет со среднегодовым темпом почти 20% в год. Очень быстро рос Азербайджан, тоталитарное государство, бывшая республика СССР, рос Таджикистан на 14% в год в течение 10 лет, Туркменистан тоже рос быстро. Тем не менее, при всей коррупции, при всём, что там наблюдалось, Туркменистан рос быстро при золотых статуях на площадях.

США вкладывает в Китай, Германия вкладывает в Китай, все страны куда-то что-то вкладывают. От этого многое зависит. Быстро растёт Катар, там нефть, Ангола, на которую мы поплёвываем. Бирма, одна из беднейших азиатских стран, растёт среднегодовым темпом 11%, дальше Китай, который растёт среднегодовым темпом 10%.За ним идёт Афганистан с темпом роста 9% в течение 10 лет, хотя там и талибы и всё остальное. Но это не мешает ему расти такими темпами. Затем идёт не очень приятная и не очень заметная страна Нигерия, за ней идёт Казахстан. Россия по темпам роста в мире находится на сороковом месте. Мы пропускаем и Беларусь, и Литву, и Эстонию.

Здесь есть ещё одна очень существенная картинка. Мы постоянно слышим. Что развитые страны зажрались, они потребляют, а Китай производит. Но вы на этой картинке видите, что самый большой экспорт в мировом масштабе – это США. Доля Америки в мировом экспорте составляет 12%, дальше идёт Германия с экспортом в 9%, и только потом идёт Китай, на долю которого приходится 8% мирового экспорта. Россия находится на 14 месте с экспортом в 2,1%. Но больные страны Европы Италия и Испания нас немного обходят. Маленькая страна Нидерланды вывозит 4,2% мирового экспорта. Если взять все страны Евросоюза, то увидите, что доля экспорта из этих развитых стран будет очень значительна.

В чём выражается кризис перепроизводства? Красная кривая на слайде называется функцией благосостояния или функцией полезного эффекта. Она показывает, как растёт благосостояние общества. Что здесь важно? если вы находитесь в точке С и переходите ось Х – ось производства, а ось Y здесь обозначена как ось полезного эффекта, когда вы переходите из точки С в точку D, то есть наращиваете на какую-то дельта производство, то у вас эффект повышается от точки до точки В. Эффект растёт достаточно быстро, идёт развитие производства. Когда вы попадаете в точку К, то дальше вы можете очень сильно наращивать производство, а роста эффекта не наблюдается. Это и есть кризис перепроизводства. Если в точке С цены достаточно большие, то в точке М они стремятся к нулю. Это показывает, что производить дальше бессмысленно. Это то кризисное положение экономики, которое мы наблюдаем.

Эта картинка показывает ещё одну вещь. Например, почему Экваториальная Гвинея может расти с темпом 20%, мы ничего про это не знаем, Америка с темпом 2-3%, мы про это знаем, слушаем аналитиков, которые комментируют темпы роста США. Когда вы находитесь около нуля, вы растёте быстро. У вас был один трактор. Вы произвели ещё один, тем самым выросли в два раза. А когда у вас есть 200 тракторов, то вам не обязательно расти в два раза, потому что вам не потребуется 400 тракторов, вы вырастете на 10% и у вас их будет 220. Экономика в определённый момент начинает насыщаться и как только это происходит, она начинает тормозить. Если бы она не тормозила, то человечество давно проело бы все свои ресурсы. Если бы развитие было линейным, то постоянный рост в два раза довёл бы нас до того, что мы съели бы всю планету. У нас бы не хватило ресурсов и не хватило бы народа, чтобы их извлекать. Поэтому, начиная с определённого момента, происходит насыщение спроса. Это причина кризиса. Вы должны придумать новую функцию благосостояния, тогда экономика сможет снова расти. До тех пор, пока вы это не придумали, экономика находится в зоне, называемой кризисом перепроизводства.

В чём основы современного кризиса? Основ у современного кризиса несколько и все они показывают одну очень интересную вещь. Они показывают то, насколько интересна экономика. Я 30 лет занимаюсь экономикой и ничего более интересного пока не встречала. Она даёт образцы очень интересных вещей. Одним из самых интересных является феномен биржи. Это то, что не понимается, не про фондовый рынок, не про биржевые спекуляции. Зачем нам всё это надо? Нам объясняют, что в России фондовый рынок очень маленький и если с ним что-то случится, это не так важно.

В вашем теле есть такой орган как сердце. Он маленький относительно массы вашего тела. Но без него вы не выживете. Для рыночных экономик феномен биржи – это феномен, который определяет жизнь этой экономики. В чём он состоит и когда возникла биржа? Первая биржа возникает в Амстердаме. Слово биржа происходит от слова кошелёк. Торги происходили на площади возле дома одного амстердамского купца, у которого на гербе было три кошелька. Отсюда пошло название биржи. Что это за феномен? Биржи появляются тогда, когда вы должны продать товар, который вы не можете привезти весь на место, где он будет продаваться. Привезти очень дорого и невозможно. Вы должны сделать что-то, чтобы научиться продавать товар, которого на месте нет. Риски колоссальные. Например, я покупаю пшеницу, плачу деньги, а вы мне можете не отгрузить эту пшеницу. Или наоборот, я отгружаю вам пшеницу, а вы мне не даёте денег. Что делать в этой ситуации? Экономика создаёт механизм биржи и научается торговать товаром, которого на месте нет. Я в Лондоне продаю зерно, которое произведено в Австралии. Зерна нет на месте в этот момент. Вы знаете, что такое лот? Лот – это дощечка, на которой выставлялся образец товара, который вы продавали. Говорят, что на лот выставляется тот или иной товар. Отсюда появилось наше российское слово лоток. Слово лот ещё в переводе с английского означалось как дощечка, на которую выставлялось то, чего много. Что происходит? Вы научились продавать товар, которого нет на месте. Что вы дальше можете сделать? Обмануть не просто. Есть соответствующие палаты на бирже, которые свидетельствуют, что сделка произошла. Вас можно привлечь в суд. Вы можете научиться продавать товар, которого нет вообще. Экономика, когда научилась продавать товар, которого физически нет на месте, сделала следующее. Она научилась продавать товары, которых нет вообще. Если я продаю зерно из Австралии, я могу продать и будущее зерно Австралии, потому что разницы почти нет. А вы у меня купите будущее зерно Австралии или, наоборот, я вам отдам деньги. Вы получите у меня деньги, которых нет, за зерно будущего урожая и прикупите на них себе что-нибудь. А я, купив у вас будущее зерно, смолола из него муку, которой ещё нет, и продала вам  на мукомольные заводы. А вы испекли булочки и продали их в рестораны, которые стали плодиться для того, чтобы их продавать. Таким образом, слова фьючерсы – это не просто слова. Это конструирование и продажа будущего. Феномен биржи интересен тем, что он делает будущее. Экономика изобретает инструмент творения будущего. Гениальная вещь. Не нужен госплан и то, про что писали выдающиеся умы современности. Порождается внутренний инструмент в экономике, который позволяет делать будущее. Пока идёт эта цепочка того, чего вы сможете сделать с этим зерном, то вы строите на такую величину это будущее. Интересно то, что всё это будущее экономическими агентами согласовано и переведено в договора. Люди, которые творят это будущее, подписываются под этим будущим. Возникает механизм осуществления этого будущего.

Что такое спекуляция в переводе с английского? Это игра ума. Биржевой спекулянт – это важная часть мирового хозяйства, сколько бы вам не внушали обратное. Если у вас случился неурожай, вы продали зерно будущего урожая, а урожай не случился. Что произойдёт, если товара стало меньше? Цены вырастут. Нужен механизм, который проиграет ситуацию и выдаст то, что произойдёт в этой экономике, если в Австралии случится неурожай. Спекулянты, которые называются «быки» проигрывают ситуации, получая определённую информацию, когда какого-то товара становится меньше. А «медведи» – это спекулянты, которые проигрывают ситуации, когда какого-то товара становится много их действия – это подстройка будущего в зависимости от ситуаций на различных рынках. Плохо то, что когда вы все выстраиваете будущее, то это будущее не детерминировано, а вероятностно. Если где-то срывается что-то, то вот этот сигнал проходит по системе, где-то он гасится биржевыми спекулянтами. Чем больше простроено будущее, тем вероятность сбоя в системе становится выше. Пока это происходит в рамках одной страны, вероятность одна, а когда это начинает происходить в рамках всего мира, то вероятность сбоя в будущем становится всё выше и выше.

Следующий важный момент для экономики – это кредит. Если у вас нет кредита, то вы не сможете оплатить будущее. Товар-деньги-товар. Вы придумали, что вам за чем-то нужно зерно из Австралии будущего урожая, деньги за это хорошо было бы получить. Вы берёте кредит из будущего и деньги для будущего. Вот здесь возникает ещё один механизм. Это банки. Банки аккумулируют деньги для будущего, с другой стороны, банки должны оценивать вероятность наступления этого будущего. Они аккумулируют кредитные ресурсы, с одной стороны. С другой стороны, они должны научиться оценивать вероятность сбоя в этом будущем. Особенно инвестиционные банки, которые вкладывают непосредственно в это будущее. Основное макроэкономическое ограничение, которое есть в любой экономике, это то, что инвестиции равны сбережениям. Сколько сберёг, столько могу инвестировать. Вы сберегаете небольшие денежки, потом вкладываете их во что-то, инвестируете их в себя, закупая знания. Если вы не сберегли, то инвестировать вы не можете. Зачем появляются банки? Если я сильно простраиваю будущее, то мне нужны механизмы для того, чтобы делать мощные инвестиции. Поскольку это жёсткое ограничение, то начинается то, что привело к современному кризису. Появляется попытка снять это ограничение. Человек всю жизнь занимается тем, что снимает какие-то ограничения. Ограничения природные, смерти, болезни и пытается с этим бороться. Если у него есть ограничение на то, чтобы делать инвестиции, то он начинает с этим бороться. Это попытка расширить будущее и снять ограничения.

То, что делает сейчас правительство для того, чтобы не было кризиса, это вещь достаточно тяжёлая. Это всё не так просто. Нам кажется, что они наводят порядок на финансовых рынках, но чиновники не самые умные люди. И когда они начинают говорить, что наведут порядок, то они могут вообще подрубить то самое будущее, к которому мы с вами стремимся. Где оно вылезет и каких ресурсов потребует, мы не знаем. Все наши рассуждения о том, как будет расти мир, с какими темпами в дальнейшем очень не однозначные. У этого прогноза есть одно оправдание, что через пять лет о нём никто не вспомнит. Прогнозирование тоже интересный феномен, который возникает в экономике. Есть одна интересная вещь. Рост возможен в той экономике, в которой сделано будущее. Проблема современного кризиса состоит в том, что агенты этого будущего сейчас не видят. Биржа делает будущее, а оно не делается. Падение биржи говорит о том, что построить сколько-нибудь вменяемое будущее не удаётся. Построить будущее не так просто. Экономика буксовала в последний раз в 1970 годы в США, потому что 10 лет почти не было роста, потому что не знала экономика, куда развиваться. Потом была придумана так называемая новая экономика, будущее появилось, и мировая экономика стала расти. Как только она доросла до определённого момента, ей понадобилось будущее. Предприниматель – это человек, который меняет течение реки времени и делает будущее. Таких людей крайне мало. В традиционной экономике будущего нет. Я это объясняю простым примером. Вот вы проснулись, встали, выпили чай, вышли на улицу, сели в трамвай, доехали до определённой места, сошли, пришли на свою работу. Включили компьютер, потыкали клавиши, выпили кофе, поговорили с сотрудниками, вышли из здания, сели в трамвай, приехали домой, включили телевизор, съели ужин, легли спать. Наутро встали, выпили чай, вышли ну улицу, сели в трамвай, проехали пять остановок, пришли в здание на работу, включили компьютер, потыкали клавиши, поговорили с сотрудниками, вышли. Вы где? В прошлом, в настоящем находитесь? Вы находитесь в матрице. Вот отсюда она появляется. В какой-то момент вы говорите, что не будете пить чай, не выйдете из дома, или выйдете и не сядете в этот трамвай, или вообще не пойдёте на работу. В этот момент у вас начинает появляться какое-то будущее. У человека, который вот так живёт, будущего нет, кроме смены дня и ночи. Предприниматель – это не коммерсант, не бизнесмен. Этот человек делает будущее, меняет течение реки времени. Это будущее в какой-то момент появляется, делается. Тогда экономика начинает работать, быстро развиваться. Такие люди как Билл Гейтс, Стив Джобс делают будущее на определённый период времени. Экономика даёт толчки, эти люди становятся богатыми, мы им благодарны. До того момента, когда придут новые такие же, мы с вами будем вертеться в кризисе. Рост на 1,5-2,0% - это свидетельство того, что будущее мы не придумали. И этот рост будет осуществляться за счёт того, что страны, в которых этого будущего ещё нет – Китай и Африка – к США и Европе будут подтягиваться. Им нужно очень быстро бежать, чтобы китайский крестьянин жил как американский фермер. Сейчас он живёт на 2 тысячи долларов в год. А американский фермер на 30-40 тысяч долларов в год. Китай ещё может пробежать, для него это будущее есть. Куда развиваться США и Европе – это тот вопрос, который сейчас стоит перед мировой экономикой. Если будет построено будущее, Мировой банк даёт 10 лет на построение, 10 лет мы будем болтаться. Он это назвал эрой турбулентности, потому что кризис, все опять падаем. Мы не можем вырваться из кризиса до тех пор, пока будущего нет. Мы начинаем чуть приподниматься, но идеи нет, и всё падает. Правительства разных стран делают очень простую вещь. Они пытаются давать вам очень много денег. Поскольку кредит есть деньги без будущего, то они дают нам денег, чтобы сделали будущее, придумали хоть что-нибудь. Будущее не придумывается, потому что банки деньги изымают из экономик, кладут на счета, им не приносят те проекты, под которые они могут выдать деньги для того, чтобы это будущее совершить. Получается интересная вещь. Крупнейшие банки мира Европейский Центральный банк и другие, пытаются выдать кредит под будущее. Все берут, цены на нефть растут, нам хорошо, мы ещё подтянуться к этому будущему как-то можем, а экономика буксует. Как показывает опыт, время действия созданного будущего – это примерно 12-15 лет, если за это время не появляется ещё чего-то, то возникает вопрос о том, как долго мы будем в этом болтаться. После кризиса прошло четыре-пять лет, то вот ещё 10 лет мы будем делать будущее. Как часто возможно менять модель будущего? Человечество не очень быстро приспосабливается к будущему. В том числе, что происходит с исламским миром, с одной стороны хочется этого будущего. С другой стороны, не понятно как его достигать. Поэтому весь этот бум по поводу будущего, для них будущего. Как его получить? У нас время от времени рождаются такие же мысли. Чтобы кого-то затормозить, чтобы мы могли добраться до того будущего.

Вернёмся к экономике, основанной на знаниях. Сама экономика имеет в себе некоторые феномены, которые ей позволяют расти и делать будущее. Когда она уже придумывает механизмы будущего, она создаёт банки, кредит, начинается рост. В средние века нельзя было давать деньги в рост. Это считалось не богоугодным делом. Экономика не росла. Теперь деньги в рост получить очень легко, потому что все понимают, что надо делать будущее. Что такое экономика, основанная на знаниях? Здесь опять путаница. Есть экономика знаний. Этот объект заслуживает внимания, потому что это особый вид экономики. Когда я прихожу на рынок за помидорами, я вам отдаю деньги. А вы мне отдаёте помидоры. У вас становится меньше помидоров, а у меня не остаётся денег. Появляется продукт, которым мы сейчас пытаемся торговать – это знания. Вот сейчас я здесь выступаю, мне могли бы за эту лекцию заплатить. Я продаю знания. Вы их получаете, у меня станет чуть больше денег, у вас станет больше знаний. При этом все знания, которые у меня были, они при мне остались. Это совершенно противоречит той экономике, с которой мы раньше работали. Если вы мне продали товар, то у вас нет товара, а у меня нет денег, то когда я вам прочла лекцию и оказала образовательную услугу, у вас знания появились, а у меня они не убавились. Дальше начинается интересная вещь. Вы можете пойти и отнести эти знания дальше, не говоря о том, кто родоначальник этого знания. Вам могут начать платить за это деньги, а мне могут перестать платить, поскольку могут думать, что я повторяю за вами. Возникает экономика знаний, чтобы как-то оградить производителя этих знаний. Отсюда авторское право, интеллектуальная собственность. Это и есть экономика знаний. Она работает на том сегменте, где есть передача интеллектуального продукта, и выстраивает вокруг себя борьбу с пиратством.

Экономика, основанная на знаниях. Нет экономики, основанной на незнании. Она есть рациональная вещь, и если вы идёте заниматься собирательством в какой-то век до нашей эры, то вы должны знать о том, какой корешок надо собирать, а какой не надо. Если вы идёте на мамонта, то надо бы знать, как его убивать. Если вы этого не знаете, то он убьёт вас. В этом смысле экономика всегда рациональная система и всегда основана на знаниях. Другое дело, какое это знание ошибочное или нет. Совсем другое дело, когда основным продуктом какой-то экономики становится торговля знаниями. Была экономика, основанная на природе. Были такие экономисты, которые говорили. Что в основе человеческого богатства лежит природа. Были экономисты, которые говорили, что в основе человеческого богатства лежит торговля, некоторые говорили, что в основе человеческого богатства лежит капитал. Потом пришёл Маркс и сказал, что в основе человеческого богатства лежит облагороженное время. Дальше вы поймёте интересную вещь, что в основе богатства лежит либо пространство, либо время, либо захват какой-то территории. Или вы сжимаете время, строите интенсивное хозяйство.

 Транснациональные компании с одной стороны захватывают пространство, затем, за счёт этого, они сжимают время и становятся более эффективными. Маркс интересный учёный, совершенно не понятый, у нас таких много. Потом приходит Шумпетер, который говорит, что основа человеческого богатства, это предпринимательские способности. Это те люди, которые меняют течение реки времени, которые делают инновации. Они-то и порождают богатства. Если мы сделали экономику, основанную на знаниях, то дальше на чём мы её будем делать? Если вы делаете экономику на природе, на капитале, на труде, на информации, на знаниях, а дальше на чём? Поскольку ответить на этот вопрос невозможно, то та экономика, которую мы сейчас делаем, она ровно основана на знаниях, как и другие. Но есть пока одна страна, которая сделала интересную вещь. Основой её богатства стала продажа знаний в виде новых технологий другим странам. Это США. В 1980 году учёные предсказали превращение США в так называемую интеллектуальную деревню, которая будет продавать знания в виде технологий всему миру. Китай быстро растёт, потому что он быстро ворует эти знания у кого может. Если мы посмотрим на то, что происходит с этой точки зрения, то тогда мы совсем по-другому посмотрим на этот новый кризис, который нас сейчас потряхивает. В чём кризис? В том, что США не могут очень быстро создать эти знания, эти новые технологии, которые надо поставлять всему миру. Чуть меньше Великобритания, ещё меньше Германия, которая производит машины, а не знания. Они не достаточно быстро создают те знания и те технологии, которые позволят нам строить это будущее и в нём жить. В тех странах, куда они пытаются эти технологии передать, не хватает знаний, чтобы воспользоваться ими. Или эти знания растут не так быстро, чтобы это усвоить. У нас говорят, что наша страна с хорошим образованием. Но построить у нас новый завод практически невозможно. Потому что культура производства, культура работать с технологиями, с современными знаниями, отсутствует. И дача взятки – это тоже некоторая культура знаний. У меня был опыт, когда я занималась консультированием предприятий, и мы работали с рыбинскими моторами. Я видела, как плакали американские инженеры. Тогда на наш рынок пришла компания, которая производила моторы для самолётов. Тогда пытались создать ИЛ-96 с новыми моторами. У нас есть большие проблемы по выходу на внешние рынки. Потому что шумность наших моторов и расход топлива больше, чем у современных авиационных моторов. И вот эта компания, считая, что у нас образованное население, решила нам поставить производство моторов для того, чтобы мы могли построить ИЛ-96. До сих пор они летают в ограниченном числе экземпляров. В Рыбинск, где создавали авиационные моторы, эта фирма пришла. Там была такая вещь. Победитовым сверлом нужно было просверлить одну дырку и выкинуть это сверло. Я наблюдала сцену. К американскому инженеру подходит наш рабочий и говорит, о том, что как же можно выкидывать после сверления всего одной дырки? Может две дырки им прокрутить? Победитовое сверло – это же у нас дефицит. Инженер ему отвечает, что такая технология, нельзя две дырки им сверлить. Дальше стало понятно, что если не принимать серьёзных мер, то они будут крутить им две дырки или три. На первых порах было сделано так, что было поставлено две линии конвейерных, до тех пор, пока он это победитовое сверло не положит, и оно от него не отъедет, к нему следующая деталь не подъезжает. Понятно, насколько удорожало производство. Эта компания побилась и тихо свалила в США или в Китай, где не возникает вопроса, что можно делать, а чего нет. Ёще есть один экономический анекдот. Это Самара, завод по производству Пепси-Колы. В 1990 годы завод платил одну из самых высоких зарплат в городе. Вы знаете, что время от времени проводятся акции. Если ты собрал столько-то крышек, на которых нарисован фотоаппарат, то вам выдают этот фотоаппарат. Было сказано, что рабочие не берут эти крышки, а те, кто их берёт, того увольняют. Каждый день завод выгонял одного, двух рабочих, которые крышки вытаскивали до запечатывания их на бутылку. На них были нарисованы копеечные фотоаппараты, но эти крышки надо было утащить даже при условии потери работы. Вот это называется экономика незнания. Когда Фольксваген стал в Калуге ставить завод по выпуску автомобилей, надо было готовить рабочих. Им предоставили все ПТУ города, предоставили лучших. Немцы посмотрели, выкинули всех преподавателей. Привезли своих преподавателей, отбор туда как в московский вуз, чётко определено было, что ученики могут делать, а что нет. Здесь возникает вопрос о допустимости креативности, которой вас всё время учат на современном производстве. Экономика знаний состоит в том, чтобы палец в розетку не тыкать. А креативная экономика, которой вас учат, состоит в том, что палец в розетку надо всунуть. Одна из проблем современного мира, того же Египта, Туниса состоит в том, что мы не понимаем сложности этого мира, в том числе и мы. Получили компьютер, смотрим электронную почту, отправляем письма, всё просто. Берём телефон, нажимаем кнопку и разговариваем, также можно и взорвать самолёт. Мы не понимаем, насколько хрупок этот мир, населённый этими знаниями. У нас нет ощущения того, что это трудно. До этого экономика жила в ситуации, когда она понимала насколько трудно производить продукт. Теперь продукт, который мы получаем, кажется нам, сделан очень просто.

Следующий вопрос, который стоит, недостаточная скорость создания новых технологий. Для того чтобы будущее было, нужно всё время быстро создавать чего-то новое. Это сложно. Недостаточность знаний у тех, кто должен воплощать эти технологии. Люди, приезжающие из Америки, рассказывают, что многие наши учёные, которые встречаются с американцами на конференциях, язык английский понимают, а договориться не могут. Биотехнологии, которые воплощаются в Америке, у нас не понимаются. У нас даже слов для их обозначения нет. Американцы делают такие вещи, что под каждого человека создаётся индивидуальный препарат для лечения тех раковых клеток, которые у него обнаружены. Или врач на расстоянии видит, что у пациента происходит в желудке при глотании таблетки. Это входит в жизнь. У остального мира пока не будет средств, чтобы купить эти технологии. Они придуманы. Но их невозможно передать. Потому что нет знаний, как их использовать, нет средств для закупки этих технологий. Сейчас американцы начинают многие технологии отдавать дешево, только чтобы их распространить. Если мир не будет брать эти технологии, то из экономического кризиса мир не выйдет, американцы это понимают.

Есть ещё один поворот кризиса, о котором не думают и не говорят. Почему кризис начался в ипотечном секторе? Потому что с 1930 года экономикой был сотворён такой феномен, который называется большие технологии. Впервые Генри Форд стал платить своим рабочим столько денег, чтобы они могли покупать производимые его заводом машины. Возникала большая технология не только производства машин, но и её потребление. Из кризиса 30-х годов мир выходил простым способом. Он выходил  системой общественных работ, когда строились дороги. Появилась новая большая технология, и под неё создавалась инфраструктура. Америка строила дороги, Германия строила дороги, Германия была беднее, там случился фашизм, но дороги она эксплуатирует те, которые тогда построила. Вокруг дорог надо строить бензоколонки, закусочные. Так мир вытянул себя из Великой депрессии, потом пережил Вторую мировую войну. Современная экономика стала создаваться только с 1956 года, когда мир вошёл в первый послевоенный экономический кризис и до сегодняшнего кризиса мы жили в относительно спокойной ситуации. Потому что в 1970 годы американцы создают вторую большую социальную технологию. Это технология индивидуального дома. Это пространство включает в себя мебель, мойки, холодильники. Как только вы ставите дом, вы включаете огромный экономический механизм, который этот дом должен поддержать. Машины, на которых можно подъехать к дому, мойщики окон и так далее. Говорят, почему банки были безответственны и давали кредиты? В 2001 году Америка вошла в так называемый первый кризис мировой экономики. Стало понятно, что тот драйв, который создали компьютеры, Интернет, мобильные телефоны, по стоимости это копейки. Америка продавала технологий сколько могла, но у себя тоже ведь надо создавать рабочие места и что-то делать. Строительство домов – это единственная отрасль, которую вы не можете вынести во вне. Дома вы должны строить здесь и сейчас. Машины вы можете завезти, дороги вы уже построили. Я высказываю гипотезу, которую, к сожалению, проверить сама не могу, но вероятность её высокая. Они понимали, что они входят в кризис. И они начинают снижать стоимость денег. Та ставка рефинансирования, которая есть в Америке, около 0,25%. Бесплатные деньги – это нонсенс с экономической точки зрения. Каждый товар должен иметь стоимость денег. А ставка рефинансирования – это как раз банковская ставка Федеральной резервной системы. Довести стоимость денег до нуля, чтобы банкам было выгодно давать кредиты очень ненадёжным заёмщикам, это тоже дорогого стоит. Почему я говорю, что это была сознательная политика? Потому что в 2001 году я была у своих американских друзей, и муж моей подруги пришёл и сказал мне, что наше КГБ ерунда по сравнению с американскими банками. В тот момент он был деканом экономического факультета университета Джорджа Вашингтона, достаточно обеспеченный человек пошёл брать кредит, чтобы купить дачу на Гавайях. Он мне принёс распечатку, где было всё, что он покупал за последние 10 лет. Банк это всё собрал. Их  банки про их жизнь знают всё. Там фиксировалось всё, что он покупал. Эти кредиты на строительство домов, покупку выдавались людям, которые имели возможность в течение достаточно небольшого срока за счёт своей зарплаты эти кредиты вернуть. Когда американцы стали широко раздавать эти кредиты, они решали одну очень простую проблему, чтобы не остановилась строительная отрасль. Если она остановится, то мало не покажется.

Последний вопрос – это вопрос пенсионных реформ. Если вы посмотрите на мир, то основными инвесторами являются пенсионные фонды. Если вы всё время берёте кредит, то вы не сберегаете. Экономика опять придумывает выход из этого положения. Она создаёт пенсионные фонды и заставляет вас копить на вашу пенсию, для того, чтобы в экономике появились сбережения, основы для инвестиций. Если вы сами не сберегаете, то кто-то должен сберегать за вас. Вы берёте машину в кредит. Берёте дом по ипотеке, а кто сберегать будет? Раньше каждая хозяйка накапливала и тащила в банк, теперь мы хотим брать кредиты. Для того, чтобы денег в экономику давать больше, нужно, чтобы пенсионный возраст был выше. Вот, что придумала экономика в последнее время. Если я у вас слишком много уберу, то вы сейчас не купите ничего, нехватка спроса будет губить экономику. А если я не заставлю сберегать, то у меня не будет инвестиционного ресурса. Поэтому сделаны пенсионные фонды, куда вы отстёгиваете. Эти деньги крутятся и вкладываются в экономику. Пенсионный возраст будет повышаться, наше население поймёт, что если оно хочет получать кредит, а рост кредитов в год составляет 40%. При этом оно говорит, что не нужно повышение пенсионного возраста. Граждане, так не бывает. За всё в этой жизни приходится платить. Вопросы, пожалуйста.

Юлия Патрушева, г. Пермь:
Здравствуйте, Вы не могли прокомментировать ситуацию по поводу вступления России в ВТО?

Татьяна Клячко:
Это далеко от экономики знаний. Вступление России в ВТО может оцениваться с двух сторон. Мы так долго в него вступали, что это стало почти бессмысленным. Для экономики, производящей сырьевые товары, это не важно. Сырьевые товары торгуются на сырьевых биржах. Драйвом вступления в ВТО были интересы наших алюминиевых компаний, для которых безбарьерная продажа алюминия, была очень важна. До тех пор, пока мы не вступали в ВТО, нам могли ставить заграждения. Сейчас для наших алюминиевых компаний это не так важно. Потому что многие заводы за рубежами нашей родины они скупили. Для всего остального у нас есть семь лет. Нам нужно приспосабливать наше производство к снятию барьеров, не надо выстраивать загородку, в виде утилизационного сбора. Они придумают, как через эту загородку пролезть. Либо они у нас будут ставить заводы, либо у них будем покупать машины и платить им. Где немного опасно? У нас плохо отстроено сельское хозяйство. Здесь будут проблемы, которые надо бы решить. Будем ли мы их решать, и хватит ли у нас, у чиновников, мозгов для принятия тех или иных решений, которые помогут сельскому хозяйству. На других направлениях я не вижу особых проблем. В сфере образования придут их дешёвые университеты. В Америке есть университеты, где можно купить диплом за 1 000 долларов. Бьют ведь по физиономии, а не по паспорту. Это ваши проблемы, если хотите обманывать себя, то обманывайте. Мы всё время решаем: образование – это общественное благо или услуга? Сейчас идёт закон об образовании в России. Для того, чтобы обеспечить прохождение закона в Думе, сняли образовательную услугу, собирали совещание у Набиуллиной в администрации, где говорили, что можно обойтись без слов образовательная услуга. Вот у нас услуга платная, а общественное благо бесплатное. Только почему я за общественное благо плачу как за услугу? Из всего закона вычеркнули слово услуга, бегали месяц для этого. Если мы семь лет будем заниматься свистопляской в ВТО, вместо смены законодательства, улучшения условий, то, когда столкнёмся с тем, чт будет не очень хорошо.

Юлия Патрушева, г. Пермь:
Хочется верить, что Россия выиграет от этой ситуации. Наша территория может заинтересовать ВТО.

Татьяна Клячко:
Граждане, в 1993 году я делала свободную экономическую зону Находка. В этот момент было понятно, что проникновение Китая по планете заметно. Китаизация этой территории шла очень быстро. Дальше возникал вопрос, чья это будет территория? Когда на одного русскоговорящего приходится 10 китайцев, кто кого выкинет, не тот вопрос. В настоящее время Китай кормит нашу армию вплоть до Иркутска. Проблема этих территорий решается по-другому. Когда у нас обсуждается вопрос надо ли нам вкладываться в ВПК или в нашу армию, то он ведь звучит по-другому. Мы будем делать нашу армию непродаваемой или нет? Когда взрываются снаряды на полигоне, то их подрыв означает, что 90% других разворовано, продано Китаю. Это мы проходили. Сейчас ситуация не такая. В 1993 году пришёл паром из Японии с подержанными автомобилями, разборка была устроена на пирсе. Две группировки постреляли друг друга, трупы убрали и погнали машины по России. Это стратегический вопрос. Это не то, как вы будете расти, а что делать с этими территориями? Их могут отобрать, и экономически это неважно. Потому что в северных регионах Китая живёт 150 миллионов человек, у нас до уральского хребта живёт 5% населения. Демографическая экспансия Китая будет колоссальной. Если она случится с экономической экспансией, то это уже серьёзно. Этот вопрос более серьёзный, чем вступление в ВТО. Мы не видим реальных угроз и решаем всё время вопросы пустяковые. Эти проблемы трудно решать. Они требуют другого интеллектуального усилия. Дэн Сяопин сделал для Китая смешную вещь. В 80-х годах он реализовал в Китае ленинский план построения социализма. Это был ровно тот план, который Ленин простроил до НЭП, но не свернул его потом, а позволил воплотиться. Поэтому мы не можем пойти китайским путём. Мы уже один раз сходили туда. Мы можем говорить какие мы великие и духовные. Через 50 лет это никому не будет интересно.

Екатерина, г. Санкт-Петербург:
У нас получилась пессимистическая картина, а как же естественные экономические циклы, спад, подъём?

Татьяна Клячко:
В своё время в Советском Союзе был хороший анекдот. Армянское радио спросили, будут ли деньги при коммунизме? Оно долго думало и ответило, что у одних будут, а у других нет. Как только американцы с помощью европейцев или китайцев додумаются до новой модели будущего, начнётся развитие. А для нас вопрос будет состоять в том. Встроимся мы в него со своими 3% мирового ВВП или нет? Если посмотреть на эту ситуацию по-другому, то у нас очень хорошее положение. Если Евросоюз даёт 20% мирового ВВП, если Северная Америка даёт 20% мирового ВВП, а они друг с другом конкурируют, силы у них одинаковые. Евросоюз объединялся не просто так. Ему нужно было получить 20% в этой борьбе, тут возникает третий очаг, Китай плюс Япония. Ещё 20%. И тут мы между Азией и Европой. Мы свои 3% можем куда-то вложить, спекулируя этим. Нужно заниматься делом. У меня отец преподавал в вузе, когда туда приезжало много китайцев. Тогда я узнала про китайские шахматы, они очень интересны. Они были трёхсторонними, красные, чёрные и белые. Игра состоит в том, что вы должны создавать коалиции. Белые объединяются с красными и начинают теснить чёрных. В какой-то момент белые перекидываются на сторону чёрных, начиная теснить красных. В этом состоит суть. Китайские шахматы очень сложные, менее известны, чем индийские. Как играли наши студенты. Белые объединялись с чёрными, снимали красных с доски и начинали сводить игру к индийским шахматам. Китайцы не могли понять этого не как. У них совершенно другая стратегическая игра. Королева Виктория когда-то сказала очень правильную вещь: «У Великобритании нет постоянных друзей и нет постоянных врагов. У Великобритании есть постоянный её интерес». Мы не знаем, в чём состоят наши интересы, кроме того, что мы великие и духовные. Когда мы поймём, в чём они состоят, можно выстраивать стратегию.

Реплика из зала:
Говорят о существовании мировых правительств, масонов. Ваша точка зрения на этот вопрос?

Татьяна Клячко:
Есть принцип, который гласит, что не надо привлекать сущность сверхнеобходимого. Наши беды я могу объяснить без привлечения мирового правительства. То, что у нас проблемы с менеджментом и инфраструктурой, как говорил Герман Греф, с дураками и дорогами, они есть без мирового правительства. То, что всегда есть адекватные люди, которые выстраивают стратегию, которые ищут себе союзников в реализации этих стратегий, думают, как это осуществить. Если вы вот это будете называть мировым правительством, то я с вами могу согласиться. Думаю, что мировых заговоров много. В сфере образования Америка получает 30% денег. Европа устраивает Болонский процесс, для того, чтобы привлечь ещё больше иностранных студентов и победить Америку. Не думаю, чтобы они объединились для того, чтобы сбросить российскую систему образования. А вот про интересную стратегию, которую придумал с рейтингами Китай, я могу рассказать. Мы ставим себе дикую задачу, чтобы пять вузов попали в мировые рейтинги. Но не говорим в какие. Как возник шанхайский рейтинг? Китаю нужно было посылать своих студентов за рубеж, за них надо платить, и деньги надо было тратить с умом. Они сделали рейтинг университетов, чтобы понимать, как хорошо тратить деньги. 500 университетов хватит, чтобы обучить 400 тысяч китайских студентов? Они поняли, что половина вернётся. Они ещё понимали одну удивительную вещь. А кто им нужен для построения их экономики? Они сделали рейтинги по числу нобелевских лауреатов, и по публикациям. Посылают, мир заинтересован принимать их студентов, поскольку Китай быстро растёт. Они потом в этот рейтинг аккуратно стали вставлять свои университеты, не так как у нас мы делаем, МГУ ставим выше Гарварда. На этом наш рейтинг закончился. У них это 469 место у одного университета, все поверили. А они пригласили нобелевских лауреатов прочитать лекции. Меня пригласили в китайский университет почитать лекцию, я прочитала. А потом китайский профессор попросил прислать меня статью о российском образовании, я отправила. А потом он это опубликует и у него баллы до небес будут. 

Реплика из зала:
Мой вопрос был не про систему заговоров, а про организации, которые пишут мировые стратегии. Для того чтобы держать экономику под контролем.

Татьяна Клячко:
Михаил Сергеевич Горбачёв когда-то говорил, что он регулярно встречается с бывшими президентами стран, они обсуждают эти мировые проблемы, потом доносят до своих правительств. Нужны некие неформальные структуры, которые думают о развитии мира. Потому что экономика всё сама сделать, к сожалению, не может, хотя делает много и я вам показывала, как она это придумывает.

 

 


комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика