Закрыть окно 

17.12.2005

Уроки Нюрнберга


Человечество отмечает шестидесятилетие начала Нюрнбергского процесса. Нюрнбергский процесс - непростое событие всеобщей истории. Осмысление его заслуживает развернутого и серьезного комментария. С точки зрения историка суд над военными преступниками, происходивший в Нюрнберге предстает как элемент длительного процесса нравственного и правового развития человечества.

Этот уголовный процесс символизировал собою два принципа, две идеи. Прежде всего, Нюрнберг создал прецедент подсудности высших государственных чиновников международному суду. Таким образом, этот процесс воплотил принцип примата международных правовых документов над суверенитетом государства.
Вторая идея - понятие о военных преступлениях или преступлениях против человечности. Правосудие, как идея и как социальная практика - одно из величайших завоеваний цивилизации, которое возникает вместе с государственностью. Развитие государства сопровождалось ограничением бессудных расправ и последовательным введением человека в рамки правовой регуляции. Однако, само государство, представленное конкретными государственными чиновниками, оказывалось в значительной степени вне права. Госчиновники могли быть осуждены чиновниками более высокого уровня. Что же касается правителей, то они оказывались абсолютно неподсудными.

Как говорили в Средние века, короли подсудны одному только Богу. Это обстоятельство создавало основания для вопиющих злоупотреблений. Это не означало, что попиравшие божеские и человеческие законы правители не могли плохо кончить. Случались перевороты, тиранов убивали. С конца XVII века в Европе начинается эпоха буржуазных революций. Властителям отрубали головы. Однако, революционные парламенты, выносившие смертные приговоры королям, сложным образом соотносились с идеей права. В их приговорах гораздо больше идеологии и революционной целесообразности, нежели Юстиции.
Идея международного суда, суда в соответствии с некоторыми бесспорными законами и четкими процедурами, стоит на принципиально иных основаниях. Она не утверждает ответственность правителей перед восставшими подданными, но предполагает, что все люди на земле, в том числе, и чиновники всего мира подлежат некоторым безусловным правовым нормам. И если они однажды нарушили законы о военных преступлениях или преступлениях против человечности, и при этом, рано или поздно, оказываются в руках международного правосудия, то они должны предстать перед судом.
Нюрнбергский процесс был международным судом над конкретными преступниками, но он создал принципиально важный прецедент.

Вторая идея - понятие военных преступлений и преступлений против человечности - имеет свою историю. С начала и на протяжении всего ХХ века принимаются международные правовые документы о правилах и нормах ведения войны, а также о неотъемлемых правах человека. Эти нормы трактуются как общепризнанные и обязательные для всего цивилизованного и нецивилизованного мира, то есть для всего человечества.
Надо сказать, что само Понятие "военный преступник" возникает после Первой мировой войны как результат осмысления трагического опыта войны. Идея международного суда над военными преступниками высказывалась и после завершения Первой мировой, но тогда она не была реализована по ряду политических соображений и обстоятельств. Понятие "преступление против человечности" рождается на осмыслении итогов Второй мировой войны.
Нюрнбергский процесс был первым международным процессом, в котором судили военных преступников фашистской Германии. За ним последовал Токийский процесс, на котором судили японских военных преступников, и ряд процессов, происходивших в самой Германии, после Нюрнбергского.

Надо сказать, что войны, которые шли до начала XIХ века по нашим меркам были сравнительно бескровны. Армии не были чересчур большими. Мирные жители страдали от военных действий мало. Войны на уничтожение и подрыв экономического потенциала противника, массовые убийства мирных жителей, бомбежки; все это - достижения промышленной эпохи. Сама идея военных преступлений и преступлений против человечности связана с новыми технологическими возможностями ведения войны. Но не только. Есть еще и нравственный прогресс человечества. История Древнего Востока, донесла до нас поразительные свидетельства - тексты, составленные правителями великих империй древности, в которых они описывают свои победы и уточняют, какие разрушены города, сколько мирных жителей убито и отдано в рабство, с кого живьем снимали кожу, и кого варили в масле.
От чтения этих текстов у современного человека волосы встают дыбом, и это в высшей степени примечательно. Заметим, что для авторов их деяния были предметом гордости и назидания.

Надо признать - тысячелетия прошли не зря. Мы сталкиваемся с совершенно другой моральной практикой, с другими представлениями о том, что можно и чего нельзя. В ХХ веке, преступники против человечности скрывают свои преступления. Мы должны осознать, что процессы изменения морального климата на Земле в том числе связаны и с Нюрнбергским процессом.
Года три назад по телевидению прошел документальный фильм, в котором рассказывалось о том, как начиналась Афганская война. В этом фильме есть примечательный момент - решение Политбюро ЦК о введении войск в Афганистан было написано в глухих и двусмысленных формулировках, причем само слово "Афганистан" не использовалось.
Вдумаемся, правители сверхдержавы, величайшей империи, способной многократно уничтожить все население земного шара, не отважились в своих внутренних, совершенно секретных документах назвать вещи своими именами.
Что же их останавливало? По всей видимости, в сознании кремлевских геронтократов прочно засела память о Нюрнбергском процессе. И это означает, что что-то в нашем мире изменилось. На наш взгляд, в этом и состоит великая историческая миссия процесса.

С тех пор прошло уже шестьдесят лет. На Земле по-прежнему совершаются преступления против мира и человечности. Однако, преступники по возможности скрывают свои преступления. После Нюрнберга исчезла гарантия того, что единственным основанием для расплаты за преступление может быть полное военное поражение своего государства. Нюрнбергский процесс вели победители, Гаагские трибуналы по бывшей Югославии и по Руанде идут по решению Совета Безопасности ООН и не связаны с какими либо победителями. В Гааге судят в равной степени и сербов, и хорватов, и боснийцев. Экс-президент Чили - восьмидесятитрехлетний генерал Аугусто Пиночет был задержан в Англии по представлении испанского прокурора и после длительной политической игры вернулся к себе на родину. Но и там он не обрел покоя. Иными словами, идея примата международного правосудия развивается.
Идея Страшного Суда из попранного нравственного чувства. Люди исходят из того, что если не на Земле, то в высшем мире человек предстанет перед справедливым и нелицемерным судом.
Однако, ситуация, когда справедливость торжествует только в высшем мире, но попрана на Земле, несет в себе большой соблазн. Хотя бы иногда справедливый суд должен торжествовать и в этой жизни.

Нюрнбергский процесс напоминает нам о том, что жизненные обстоятельства превратны. Отныне преступники против человечности не могут не осознавать, что ни у кого из них нет гарантий, умереть в своей постели. И генералы, и бывшие президенты, и политики, поправшие непреложные правовые нормы, могут оказаться перед судом: не метафизическим судом, не судом истории, а нормальным международным судом, который отмерит им их мерой.