Закрыть окно 

13.04.2005

Гольц Александр

Российская армия: нелояльная и нереформированная


Нет никаких оснований сомневаться в достоверности опубликованных «Независимой газетой» секретных данных социологического опроса Министерства обороны, которые показывают, что около 80% офицеров крайне недовольны своим материальным положением и не доверяют высшему руководству страны. Существующее в армии недовольство можно отследить по многим другим признакам. Достаточно вспомнить, что сразу после принятия закона о монетизации льгот в Москву пришло письмо из элитного учебного центра армейской авиации, в котором асы-вертолетчики прямо обвиняли руководство страны в развале вооруженных сил.

Следует сразу оговориться: эти настроения никоим образом не означают, что армия находится на пороге бунта или военного переворота. Все 1990-е годы материальное обеспечение военных было гораздо хуже – по полгода, по восемь месяцев им не платили жалование. И даже тогда никто не мог использовать армию как средство политической борьбы. Хотя такие попытки были – коммунисты, левые экстремисты, националисты страстно пытались использовать армию в своих целях. Было даже создано «Движение в защиту армии». Но армия проигнорировала призывы к неповиновению, с которыми к ней обратился руководитель этого движения, известный в армии человек, общепризнанный герой первой чеченской войны генерал Рохлин.

Армия реагирует на невнимание со стороны власти по-другому. Она отвечает продолжающимся разложением. Офицеры все меньше времени уделяют делам службы. Как иронично сказал один известный военачальник: они делают вид, что нам платят, а мы делаем вид, что служим. Показательно, что во время очередного ЧП, как это было совсем недавно в одной из воинских частей военно-морского флота под Санкт-Петербургом, вдруг выясняется, что офицеров в казарме не было. Конечно, не было, потому что они предпочитают проводить время, «бомбя» на автомобилях или работая вышибалами в казино или ресторанах. Поэтому разложение вооруженных сил будет продолжаться.

Что касается отношения армии к руководителям государства, то Горбачева, Шеварднадзе, Ельцина армия откровенно не любила, считала их предателями, которые в угоду Западу разрушили «славные вооруженные силы» и Советский Союз. Такое отношение ничто не могло бы изменить. Борис Ельцин до конца президентства помнил, как в январе 1992 года топаньем и свистом встретило его Всеармейское офицерское собрание.

Куда интереснее понять, почему офицеры настроены столь негативно против нынешнего руководства, которое считает себя частью офицерского корпуса и, откровенно говоря, немало сделало в плане материального обеспечения военнослужащих. В 1990-е годы недостижимой целью считалось уровнять офицеров и прапорщиков с государственными служащими, поднять их статус до уровня чиновников. Путин сделал это. Но, тем не менее, власть все равно вызывает раздражение у офицеров.

Думаю, причина этого раздражения заключается в том, что военные всякий раз обнаруживают лицемерие власти. С одной стороны, ее представители на каждом углу говорят о том, что офицер является главным человеком в государстве, его становым хребтом, а с другой – несмотря на некоторое повышение, офицерское жалованье остается более чем скромным. И это вызвано, прежде всего, тем, что российская армия остается нереформированной. Немыслимо содержать армию, которая по всем параметрам соответствует вооруженным силам США, включая количество военной техники, и тратить на это в тридцать раз меньше средств. Наши офицеры будут чувствовать себя униженными и оскорбленными до тех пор, пока не будут осуществлены необходимые преобразования вооруженных сил.

Но, к сожалением, надо констатировать, что пока субъекта реформы армии среди военнослужащих найти не удастся. Пространство для либеральной риторики в российской армии очень ограничено. Просто после распада СССР система военного образования осталась нереформированной, и сейчас наши училища выпускают ухудшенный вариант советского офицера. Дело не только в том, что у него меньше знаний по специальности из-за увольнения лучших преподавателей и ухудшения материальной базы. Помимо этого, бывшие кафедры марксизма-ленинизма в военных училищах быстро переквалифицировалось в кафедры политологии. На них продолжают работать те же самые люди, которые ныне преподают курсантам дикую, чудовищную смесь самого оголтелого национализма и разнообразных геополитических теорий. В этом смысле армия весьма консервативна. Не случайно в любом ухудшении своего материального положения офицеры привычно ищут руку Запада или какого-то внешнего врага, который хочет развалить вооруженные силы страны.